Пещера Данко - крупнейшее открытие Челябинских спелеологов

Пещера Данко - крупнейшее открытие Челябинских спелеологов

23 июля 2014 в 12:22, просмотров: 202Московский Комсомолец
Фото Евгении ВЕРИГО и Карелии НЕКРАСОВОЙ
Владислав ВЕРИГО

Спелеолог Игорь БОДУНОВ: «Километровая система новых ходов пещеры Данко — самое большое открытие сорока последних лет».


Пару лет назад известный челябинский спелеолог Семен Михайлович Баранов обмолвился, что вблизи Игнатиевской пещеры проводятся исследования большой, ранее неизвестной подземной полости, новой части пещеры Данко, но говорить об этом пока рано…

В этом году группа челябинских и миасских спелеологов снова провела исследовательские работы в Данко. В составе группы был и Игорь Бодунов.

- Я составил чертеж пещеры, в одном сантиметре тут один метр, — говорит Игорь и разворачивает на полу большой лист миллиметровки. — Этот привходовой грот был открыт свердловчанами. Потом челябинскими спелеологами была исследована так называемая старая часть, а позднее на одном из ее участков мы обнаружили маленькую щелочку, из которой чувствовалась сильная тяга холодного воздуха. Мы разобрали камни и попали в пещерный ход, полагая сначала, что по этому ответвлению попадем в уже известные ходы, но оказалось, что пещера продолжается и это новая ее часть. Потом мы проникли через два колодца в нижние этажи (там были два ручья) и пробирались дальше и дальше. Вообще у пещеры четыре этажа. Затем были обнаружены еще несколько ходов в новые системы подземных коридоров. Так был открыт Зал белых натеков. В нем действительно множество обломков кварцитовых корок белого цвета, что встречается редко, обычно они цветные, желтые или мутноватые… Вообще, вся подземная система идет параллельно реке, которая протекает в трех километрах от нее. Я предполагаю, что это не случайно. У нас было три полевых сезона исследований, и каждый год добавляются новые и новые ответвления.

— Какие открытия были сделаны в этом году?

— Еще в прошлом сезоне я заметил один маленький вход, но не мог через него пробраться. В этом году Мария Мурзина проникла туда и увидела новый коридор длиной около 20 метров. Там оказалось подземное озеро, которое преграждало дорогу. Мария прошла немного и быстро вернулась, говорит: «Там очень узко, голову не поднять». Теперь вся проблема у нас — как расширить этот проход. Вероятно, его удастся пройти с помощью так называемых инженерных способов, время покажет. Наше продвижение в глубь пещеры осложняет то, что постоянно приходится лежать и расчищать завалы в воде. Для электроперфораторов тянем кабель от станции, которая стоит у входа или в привходовом гроте, а работать с электричеством в таких условиях опасно… Вообще пещера Данко очень тяжелая: очень много отрезков приходится ползти, как… как лягушка. Здесь везде узости, просто так не пройти. Те из спелеологов, кто уже побывал в Данко, не горят желанием поработать в этой пещере снова. По сути, бессменно ее исследованием занимаемся только мы вчетвером — Александр Петрович Козлов из Миасского центра детского туризма и экскурсий, Мария Мурзина и Дмитрий Синицын из Челябинского спелеоклуба и я.

— Тем не менее открытие огромной новой части Данко — это крупное событие для спелеологов…

— Семен Михайлович Баранов указывает, что пещеры километровой длины не открывали в Челябинской области с начала 1970-х годов. А значит, Данко — открытие четырех десятилетий или, как мы в шутку говорим, открытие века. Один из залов новой части Семен Михайлович назвал Бутерброд, потому что он словно бы состоит из нескольких слоев. Сверху известняк, потом идет воздушная прослойка, а внизу - песчаник. Это песчаник и навел Баранова на одну мысль, помог создать одну теорию. Здесь, в пещере, вода уходит, а в трех километрах отсюда есть так называемый Белый ключ. Там большое озеро, метров 30 диаметром, вода синего цвета, видно, что карстовая. И Семен Михайлович предполагает, что Данко и Белый ключ связаны между собой под землей. То есть перспектива у пещеры еще три километра.

— Что интересного было обнаружено в пещере?

— В Данко мы сделали интересное для биологов открытие. Мария Мурзина повстречала здесь необычное маленькое существо длиной сантиметров пять, кракозябру, как она его назвала. Мария рассказывает: «Цвет его совершенно белый, передвигается медленно, привстает на задние лапки, опираясь на хвост. На передних лапках видны пальцы (более трех). На голове существа явственно видны некие наросты-бугорки в виде гребня. Глаз на голове не видно. В ротовой полости много острых зубов». Биологи, когда услышали описание этого существа, сказали, что это один из представителей гребенчатых тритонов. Они действительно встречаются в пещерах, но в данном случае он уникален своим белым цветом. Вероятно, это существо полностью привыкло к жизни под землей, на поверхность никогда не выходит и уже наверняка слепое. Впрочем, второй раз тритон пока еще не попадался.

— Какое место по протяженности среди пещер в нашей области занимает Данко?

Игорь берет мобильный, набирает номер Семена Баранова и переадресует этот вопрос ему. Оказывается, что «новорожденная» пещера в Катав-Ивановском районе сейчас, после открытий 2012 - 2014 годов, занимает уже шестое место, немногим уступая Шумихе, Сухой Ате, Киселевской и Шемахинским I и II… Спелеологам осталось пройти в Данко еще несколько десятков метров, и она поднимется на четвертую строчку.

— В этот раз в июне Семен Михайлович тоже был с нами у Данко, — продолжает Игорь Бодунов. — Но он ходил к источнику Белый ключ, а потом уже не хватило сил подняться к пещере: возраст сказывается. Ночью, пока мы были в пещере, Семен Михайлович сидел у костра и переживал: Данко ведь его детище, его открытие.

Кстати

Впервые в Челябинской области, а может быть, и вообще в мире при открытии новых ходов пещеры Данко использовался компьютер. В узкую щель, в которую не может пробраться человек, просовывалась веб-камера, а затем исследователи смотрели на экране ноутбука то, что она снимала. Все это помогло в дальнейшем изучении подземной полости.

— Игорь, теперь несколько вопросов о вашем увлечении спелеологией. Когда вы начали ее заниматься?

— Можно сказать, что со школы. Я родился и вырос в городе Златоуст-36, который сейчас называется Трехгорный. Вероятно, мое увлечение спелеологией подгоняла колючая проволока (хотелось выбраться за нее из города и погулять по лесу) и двоюродный брат. В девятом классе он взял меня в поход на Иремель. За один день мы залезли на него и потом спустились. Затем в 16 лет я получил возможность выходить за КПП без родителей (таковы были правила) и пошел на Завьялиху, сначала один, потом с друзьями… А уж откуда у меня появился интерес к спелеологии, я уже и не помню. В школе взял в библиотеке книгу Лобанова (Юрий Лобанов — один из организаторов Свердловской городской спелеосекции, автор нескольких книг о пещерах Урала. — Авт.) и прочитал, что у станции Вязовой, что располагается относительно недалеко от Трехгорного, есть пещера Минка. И мы поехали туда с товарищами, это и была первая пещера, где я побывал… Потом, в 1978 году, я поступил в ЧПИ, на энергофакультет. На первом курсе каждая секция, действующая при институте, организовывала собрания, привлекала к себе студентов, я пошел на спелеологию. В 1979-м пошли мы на сплав по Аю и около Юношеского грота познакомились с опытными спелеологами, а они сводили нас в более-менее крупную пещеру — Кургазакскую. Мои горизонты расширились. Про спелеологов в ЧПИ в шутку говорили, что им письма в армию будут писать. То есть тому, кто занимается спелеологией, не до учебы, его отчисляют из института, и он попадает в армию. Так или иначе, из-за спелеологии или по другой причине, в 1982 году я действительно был отчислен из института и призвался в армию. Службу я проходил в Афганистане, в отдельном батальоне связи, а когда в 1985 году вернулся домой, студенческие друзья, с которыми мы вместе ходили в походы, уже окончили институт и разъехались по распределению. Нужно было искать новых друзей, и тогда я познакомился с Александром Петровичем Козловым. Он руководит в Миассе спелеоклубом, который тогда располагался на Станции юных туристов (теперь ее переименовали в Центр детского туризма и экскурсий). И вот уже без малого 30 лет вместе с Александром Петровичем мы ходим по пещерам.

— Какие у вас были крупные открытия?

— Честно говоря, спелеологией мы занимались не на союзном и не на российском уровне. Сначала мы варились в собственном соку. Сами изобретали гидрокостюмы, учились использовать альпинистское снаряжение… Первым нашим крупным делом стало изучение подземного стока реки Яман-Елга в Башкирии, на Уфимском плато. Выходит река у деревни Красный ключ, вот туда мы и ездили с Александром Петровичем и его детьми из спелеоклуба… Далее: ближе к Челябинской области в Башкирии пропадают еще три речки. Выходят они вблизи деревни Сарва. Мы досконально изучили весь район, знали его как теперь Серпиевский пещерный град. Дети тогда были активнее: компьютеры еще не появились. У нас была цель — попасть в подземные поноры, и в конце концов у нас начались открытия, мы нашли пещеру… Раньше спонсором у нас был УралАЗ. Мы приходили, говорили, что нужна машина, и нам давали «Урал»-вахтовку, всю раскрашенную… Сейчас, конечно, времена не те, ездим за свои деньги.

— Получается, и ездить стали ближе?

— В 1990-е годы мы переключились на реку Сим. Подземное русло этой реки, кроме Эссюмской пещеры, которую открыли челябинские спелеологи, — чисто наше детище. Первое наше с Александром Петровичем открытие в том районе — пещера Праздничная. На 1 Мая не помню уже какого года мы обнаружили воронку, спустились в нее, а там течет речка. Выполнили мы топосъемку, отправили материалы Баранову. И оказалось, что пещера идет намного глубже, чем русло реки Сим. Я указал на это Семену Михайловичу, и он сказал, что это подземный Сим. Несколько лет мы с Александром Петровичем и детьми из его спелеоклуба ездили туда, вскрыли четыре участка подземного русла реки. Для прохождения оставшегося пятого нужны уже аквалангисты: там все затоплено водой… Кстати, там мы нашли слепых рыб, налимов. Одного поймали и к кому только не обращались — в заповедник, в пединститут — никого он не заинтересовал, кроме… удивительным образом… Эрнста Мулдашева, офтальмолога. Он сделал бесплатно анализ глаза этой рыбы. Все глазные нервы у нее уже атрофировались. Теперь дело осталось за малым: надо взять обычного налима из речки и сравнить его генетические данные с подземной рыбой. И если они будут различными, значит, мы открыли новый подвид налима… Потом, с 1998 года, работал на Сикияз-Тамакском пещерном комплексе и в его окрестностях, а теперь — в Серпиевке… Я получил грамоту от Русского географического общества — за открытие около двухсот пещер.

— Вернемся к пещере Данко. Какие у вас планы по ее изучению на ближайшее будущее?

— В августе этого года мы снова собираемся продолжить обследование Данко. Мы уже пытались красить воду для того, чтобы проверить, соединяются ли пещера и Белый ключ. Но там краска не вышла. Может быть, мы мало заложили ее, все-таки три километра расстояние… К тому же на выходе очень большие объемы воды и краска могла попросту раствориться. Откуда выходит такой поток? Вопрос пока остается открытым.

Из истории исследования пещеры Данко

Пещера Данко расположена в Катав-Ивановском районе, на левом берегу реки Сим, в девяти с половиной километрах от деревни Серпиевка. Подземная полость образована в известковой скале.

Известно семь входов в пещеру. Большой грот этой пещеры, длина которого 100 метров, в 1969 году исследовали спелеологи из Свердловска. В 1975 году к исследованию приступили члены секции юных спелеологов «Данко» Челябинского дворца пионеров и школьников им. Н.К. Крупской. Секцией руководил С.М. Баранов, работами в пещере — В.Ткачева. Разобрав во входной части заваленный понор, челябинцы проникли в новую часть пещеры и прошли ее на 240 метров. Спелеологи Челябинска присвоили пещере название своей спелеосекции.

В полевом сезоне 2012 года челябинские и миасские спелеологи продолжили исследования ранее известных пещер Хачемизовской и Данко, и в той и в другой раскопали узкие и низкие участки и «удлинили» первую подземную полость на несколько десятков метров, а вторую — более чем в четыре раза! С 240 метров до 1220. Вместе с тем глубина (амплитуда) пещеры увеличилась с 15 до 38 метров.

Так называемая новая часть пещеры — это сложная система узких вертикальных и горизонтальных ходов с частым перепадом высоты. Подземный лабиринт дополнен множеством уступов и каскадных колодцев глубиной от четырех до 12 метров. Всюду на полу прослеживаются русла пересыхающих и постоянных водостоков.

  • 06.10.2014
Возврат к списку